Category: литература

Category was added automatically. Read all entries about "литература".

ПРИЯТНОЕ

И вот что ясно, красивую не обойти, не сделав ей приятное, даже больше, подарить ей свою книгу с автографом, какая красота и польза, но никогда раньше этого решения подходить нельзя, пусть из вежливости, поскольку обнаруживаем приятное только при лексическом, или лучше синтаксическом единстве, что заставляет круглый год следить за безупречностью стиля, в то время как вокруг об этом понятия не имеют, ограничиваясь обрывками устной речи, от которой хочется бежать к птицам, дабы перекрыть нечленораздельное «человеков» вокализом голубя или воробья, даже если бы они молча бы смотрели на меня, я это бы воспринимал как песню тишины, устал от «человеков», действительно, больше бы глаза их не видели, но вдруг выплывает красавица, услужливо готовая принять мою книгу с автографом, и при чтении меня готова испытать приятное.

Юрий КУВАЛДИН

ЮРИЙ КУВАЛДИН МОСКВА №261 (8) август 2021 наша улица ежемесячный литературный журнал

ЮРИЙ КУВАЛДИН МОСКВА
№261 (8) август 2021

Александр Тимофеевский “Метаморфозы в Сиракузах” поэма

Алексей Некрасов-Вебер "Сизиф" рассказ

Вениамин Элькин “Вначале было Слово” стихотворения

Александр Кирнос “Соловей мой, соловей" рассказ

Олег Макоша “Вовчик” московская повесть

Рада Полищук “Угол для бездомной собаки” повесть о женщине в монологах. Монолог "Скажи мне, кто ты"

Юрий Резник "Однажды не струсить" рассказ

Ольга Акакиева "Разные прозы" ВЕдение

Ирина Оснач “На ладони” короткие истории

Нина Краснова "Странички живого журнала разных лет"

Маргарита Прошина "Корова Маша" рассказ

Маргарита Прошина "Задумчивая грусть" заметки (часть сто двенадцатая)

Ефим Гаммер “Адреналин исключительных полномочий" (повесть ассоциаций). Из цикла "Глаза ваших глаз"

Татьяна Озерова “Одушевляя пространство” рассказ

Андрей Голота “Зять” рассказ

Юрий Кувалдин "Непривычно" рассказ

Юрий Кувалдин "Сосредоточенный праздник" (Анатолий Шамрдин) эссе

ТЕМЫ

Понаблюдаем за превращением вещества в цветущее растение, ведь это очень хорошая тема для письменного размышления, а то постоянно слышу, не знаю, мол, о чём писать, нет новых тем, все темы исчерпаны, особенно это касается любви, тут уж воздымают руки, считая, что о любви-то уже всё сказано, даже тогда, когда у самого бестемного появилась неожиданная новая любовь, что ж, тут, как говорится, только руками можно развести, надо почитать книги, чтобы понять главенство текста над так называемым «содержанием», любая мастерски написанная цепочка слов будет новой темой, важно, тысячу раз повторяю, не «что» написано, а «как» это сделано, и тогда одна известная тема раздробиться на мильон, нет, не терзаний, хотя полезно потерзаться с Гончаровым над «Горем», а тем вплоть до «темы тем», под знаком гения все образы бесконечны, таким образом запас тем черпается не из жизни, или из самой земли, а из алфавита, из которого составлены все книги мира всех веков и народов, важен момент истинного постижения этих процессов.

Юрий КУВАЛДИН

24 ИЮЛЯ РОДИЛСЯ ПИСАТЕЛЬ АФАНАСИЙ МАМЕДОВ



24 ИЮЛЯ РОДИЛСЯ ПИСАТЕЛЬ АФАНАСИЙ МАМЕДОВ

«Открываю глаза (кажется, стучат). Вижу на столе початую бутылку лимонного ликера, немытые кофейные чашки, волнообразные размоченные вафли, набитую окурками пепельницу и снимаю первые три вопроса: Где я? Кто я? Что это за штабель стоит с коробочками у меня в комнате?» Афанасий Мамедов находится в своём тексте даже тогда, когда выходит из себя, в жизнь, но всё равно не покидает своё положение в Книге, в самой полной мере наслаждаясь своей жизнью в тексте, вот и приходится мириться с раздвоенностью, посылая благодарность Господу, с точностью ежегодного дня рождения.

Юрий КУВАЛДИН

В ТЕ ВРЕМЕНА

Как обычно, продолжаю писать с ходу, только сел к роялю, так сразу колочу по клавишам, ведь сказано давно, что всё лучшее пишется экспромтом, не подвергая сомнению мысль, что образу был подобен в те времена, но времена всегда «те», как на Патриарших, так и в варьете, одна забота сохраняет суть, не был, а будь, как на балу с красоткой спелой, ведь ты с ней был или не был, давно остыл любовный пыл в те времена, когда был ты с самим Вергилием на «ты», и с Гоголем гулял по Невскому в те времена, когда не было тебя, я был уже, но в это трудно тем поверить людям, которые живут в себе самих, как будто упакованы навечно в свой краткий миг, что проку говорить о них, когда я был всегда, как сказано в Писании, и этот искренне о том звучащий стих, что «было», «был», любя себя, любил других.

Юрий КУВАЛДИН

ВРЕМЯ ВЗЛЁТА

В 1989-м году я выстреливаю 100-тысячным тиражом свою книгу «Улица Мандельштама» с предисловием Фазиля Искандера, тележки подвозят штабеля к прилавку, очередь в «Дом книги» на проспекте Калинина, ныне Новом Арбате, змеёй льётся с улицы, тираж разлетается, так происходило с теми, кто искусство ставил впереди паровоза, страна замерла в оцепенении, таланты расцвели, так и в кино, годом ранее в 1988 году выходит шедевр Олега Тепцова «Господин оформитель» с пронзительной музыкой Сергея Курёхина, в стиле модерн Шехтеля, с поэзией Серебряного века, с контргероем Виктором Авиловым и гениальным Михаилом Козаковым, великим художником, писателем, режиссёром, чья роль в истории искусства с течением времени невероятно возрастает.

Юрий КУВАЛДИН

ЗАНЯТИЯ

Чем себя занять, надо знать, просыпаешься в пять, и опять, как вчера, за пядью пядь от слова к слову, не говори, что жизнь сурова, она вполне однообразна, как вечный праздник, не засыпая в полвторого, пиши по новой, да как же так, ведь в пять вставать, не виноват, во сне пишу я, не придавая ритму смысл, не говорю себе проснись, ведь всё написанное прежде есть сон земли, и без надежды, что чьи-то вежды отворились, чтобы труды твои осилить, замылен глаз у пешехода, и никакого нет подхода к тому, кто дышит наяву в конце двенадцатого века, когда карету мне, карету, ещё не крикнул поутру, протри глаза, пойду умру, чтобы дожить до Грибоеда, Таганку вечером проведать, где сам Любимов с фонарём дает команды Скалозубу, так век от века текст идёт, и счастлив тот, кто в новой фразе не замечает ни часов, ни дней недели, ни веков.

Юрий КУВАЛДИН

ТАКОЕ

Конечно, такое, не иное же, в самом деле, ведь именно такое не даёт покоя, всё время в напряжении, в неконтролируемом возбуждении, именуемом вдохновением, когда окружающая реальность гаснет, и ты тормозишь составом написанного перед красным светофором в туннеле творческого исступления, подобного затмению, которое не видит никто, кроме жителей противоположной стороны шара, хороша затея для выпуска пара, обозревая, описывать то, что никто не видит, кроме слепого Гомера, вот истинная мера дальновидности, под маской Улисса пройтись по переулкам Хитровки, мимо церкви в Старосадском, отдающем звоном адским Дантова разговора с Мандельштамом, передвинувшись в Большой Ивановский переулок, вот только такое состояние разбега от Гомера до нищенского ночлега, путями в упадке для подъёма загадочными позволяет достигать сомнамбулического эффекта с названием «Такое».

Юрий КУВАЛДИН

СЛОВА

И у Гесиода в «Теогонии» слова радуют, и слова раздражают, слова вдохновляют, и слова опускают, всё вокруг состоит из слов, таков закон трансцендентной реальности, потому что слова живут вне тела человека, как ни критикуй разум, он в итоге остаётся пустым, сравнение, как барабан, люблю, потому что он пуст, но стучит, слова слетаются стайками в книгах, и в то же время устно разбегаются и с папируса, и с камня, и с бумаги, и сами книги в пылких разговорах легко летают между нами, невидимая сущность божественного начала, от конца до начала, от пристани к пристани, воистину, сдержаться не могу, эй, на том берегу Леты.

Юрий КУВАЛДИН

Юрий Кувалдин КРУГ ЧТЕНИЯ поэма



Юрий Кувалдин
КРУГ ЧТЕНИЯ
поэма

Карлейль, Кропоткин, Апулей,
Гомер, Конфуций, Гоголь, Гегель,
Апухтин, Батюшков, Матфей,
Макиавелли, Лютер, Гейне,


Петрарка, Прошина, Саган,
Иохвидович, Барановский,
Акутагава, Мопассан,
Херасков, Чичибабин, Шкловский,


Краснова, Бек, Хемингуэй,
Боккаччо, Яхонтов, Сенкевич,
Макоша, Окуджава, Рейн,
Грин, Битов, Осоргин, Станкевич,

Бердяев, Лермонтов, Паскаль,
Булгаков М., Булгаков Сергий,
Плутарх, Державин, Гофмансталь,
Нароков, Солженицын, Герцен,


Овидий, Вяземский, Бодлер,
Довлатов, Мандельштам, Случевский,
Ренан, Лафатер, Искандер,
Волошин, Борхес, Достоевский,


Толстой, Тургенев, Карамзин,
Платонов, Пастернак, Есенин,
Алданов, Бунин, Лао-цзы,
Набоков, Курочкин, Катенин,


Сафо, Роднянская, Сурат,
Лесков, Крылов, Эзоп, Белинский,
Нагибин, Фолкнер, Фихте, Кант,
Бальзак, Золя, Фома Аквинский,


Языков, Грибоедов, Мей,
Рылеев, Гаршин, Короленко,
Никитин, Мережковский, Фрейд,
Полонский, Пушкин, Глеб Успенский,


Анаксагор, Бергсон, Бострём,
Введенский, Лихачев, Грановский,
Шатобриан, Аксаков, Фромм,
Островский, Соловьев, Полонский,


Буренин, Ницше, Шиллер, Штерн,
Киреевский Иван, Карсавин,
Зеньковский, Гумилев, Донн, Верн,
Одоевский, Руссо, Рассадин,


Ройс, Шопенгауэр, Корнель,
Кавелин, Шеллинг, Тютчев, Лосский,
Бакунин, Вышеславцев, Бейль,
Фонвизин, Новиков, Квятковский,


Шекспир, Державин, Ориген,
Флоренский, Ходасевич, Гарин,
Фурье, Суворин, Спенсер, Тэн,
Ахматова, Леонтьев, Дарвин,


Белов, Распутин, Тендряков,
Залыгин, Трифонов, Твардовский,
Фет, Белый, Пяст, Шестов, Чулков,
Самойлов, Бродский, Паустовский,


Войнович, Писемский, Козлов,
Кувалдин, Чехов, Блок, Домбровский,
Астафьев, Сэлинджер, Кольцов,
Давыдов, Зайцев, Помяловский...