kuvaldinur (kuvaldinur) wrote,
kuvaldinur
kuvaldinur

А ТЫ ВЫХОДИЛ ИЗ "ШИНЕЛИ"?


Николай Гоголь "Шинель"

Полагаю, что "Шинель" еще не прочитана. Смотрите. Писатель Юрий Кувалдин приводит для наглядности место, где Николай Васильевич Гоголь прописывает внешность Башмачкина: „Итак, в одном департаменте служил один чиновник, чиновник нельзя сказать чтобы очень замечательный, низенького роста, несколько рябоват, несколько рыжеват, несколько даже на вид подслеповат, с небольшой лысиной на лбу, с морщинами по обеим сторонам щек и цветом лица что называется геморроидальным". Гоголь вставляет последнее рычащее слово, которое вырывается из текста прямым сравнением лица Акакия Акакиевича с задом, мягко говоря. Геморрой плюс Акакий ведут нас, может быть, к "Носу"? В первую очередь Гоголь предлагал "Нос" журналу "Московский наблюдатель". В письме к его издателю Погодину он писал: "Посылаю тебе нос (...). Если в случае ваша глупая цензура привяжется к тому, что нос не может быть в Казанской церкви, то, пожалуй, можно его перевести в католическую. Впрочем, я не думаю, чтобы она до такой степени уж выжила из ума". По свидетельству Белинского, Шевырев и Погодин отвергли повесть как "грязную, пошлую и тривиальную". Впервые ее напечатал Пушкин в третьем номере "Современника". В примечании к "Носу" Пушкин писал: "Н. В. Гоголь долго не соглашался на напечатание этой шутки, но мы нашли в ней так много неожиданного, фантастического, веселого, оригинального, что уговорили его позволить нам поделиться с публикою удовольствием, которое доставила нам его рукопись. Изд." Действительно, у Пушкина были причины так веселиться над произведением Николая Васильевича, ведь всем читателям сразу становилось ясно, что в образе носа писатель замаскировал фаллос! Разумеется, реакция цензуры и блюстителей нравственности была острой, повесть претерпела серьезные изменения. В том же "Носе" Гоголь пародировал эту реакцию: "Всем этим происшествиям были чрезвычайно рады все светские, необходимые посетители раутов, любившие смешить дам, у которых запас в то время совершенно истощился. Небольшая часть почтенных и благонамеренных людей была чрезвычайно недовольна. Один господин говорил с негодованием, что он не понимает, как в нынешний просвещенный век могут распространяться нелепые выдумки, и что он удивляется, как не обратит на это внимание правительство". Георгий Гачев в книге "Русский эрос "Роман" Мысли с Жизнью" пишет: "И вдруг я понял "Руслана и Людмилу" Пушкина. Это же сон о смертельно-страстном соитии. С брачной постели похищают Людмилу. Но именно этого ждет дева от "тайны брачныя постели": что похитят ее как деву, сорвут покров ее девственности. Само похищение представляется как явление колдуна - карлы бородатого. Черномор - это фаллос собственной персоной, обросший волосами, - Приап в сознаньи русских дев. Черномор уносит с собой Людмилу (Людмила - чисто женское начало - ему отдается). В ходе акта, который есть сногсшибательное головокружение и ощущается как полет, скачка и транс, - проносятся видения: ей чудится, как она бродит по райским садам, по замку - в то время как над ней работают, за нее борются, толкая друг друга, четыре здоровых мужика-фалла = богатыри Руслан, Рогдай, Фарлаф, Ратмир. Они все разные - и все в ней толкутся: удары поединков - это толчки о ее лоно... Так что "Нос" Гоголя, - добавляет Гачев в сноске, - имеет предтечу в Черноморе Пушкина - и вот еще элемент их глубинного художнического сродства". Из "Выбранных мест": "Прошу также прощенья у моих собратьев-литераторов за всякое с моей стороны пренебреженье или неуваженье к ним, оказанное умышленно или неумышленно; кому же из них почему-либо трудно простить меня, тому напомню, что он христианин". Гоголь не понимает часто того, что он так витиевато, длинно, так что вязнешь почти в каждой фразе, пишет, не понимает оттого, что ему важно как можно шире развернуть тему, соткать паутину над всем лесом из иголки, брошенной Пушкиным, к примеру, потому что любое литературное художественное произведение имеет объем - это те страницы, которые надо листать читателю и скользить глазами по строкам. Лучше всего скользить по длинным фразам, усложненным, с включением в них подчиненных и равноправных предложений, вводных слов типа - "однако", "я полагаю", "короче говоря", и так далее, с безудержными авторскими рассуждениями, обмолвками, пристальным воспроизведением пейзажа, обстановки, внешности. Эти мазки и картины и создают ту длительность скольжения для глаза в произведениях Гоголя, как ледовую беговую дорожку на стадионе.

Юрий КУВАЛДИН

 

http://www.kuvaldin.ru/esse/kuvaldin-chayka.html
Subscribe

  • ФАКТЫ

    Начинали бодро, как и всякое поколение, но запал быстро пропал, и как-то незаметно отошли от дел, сначала для того, чтобы просто передохнуть,…

  • 18 АПРЕЛЯ РОДИЛАСЬ ЛАНА ГАРОН ЮБИЛЕЙ

    18 АПРЕЛЯ РОДИЛАСЬ ЛАНА ГАРОН ЮБИЛЕЙ Если говорить о литературном мастерстве Ланы Гарон, то прежде всего нужно вспомнить о театре и о…

  • МЕСТАМИ

    Местами довольно любопытно развивалась сложная фраза, вроде тех, которые любил Иммануил Кант, в целостности своей воссиявший альфой и омегой…

Comments for this post were disabled by the author