kuvaldinur (kuvaldinur) wrote,
kuvaldinur
kuvaldinur

НАГИБИН ТАМ


На снимке: Юрий Нагибин (1994). Фото Юрия Кувалдина

Со скоростью света удаляемся от «созданного на века» деклассированными элементами с бандитами Лениным и Сталиным СССР. Дыхалки едва хватило на 70 лет. А так бы и в 1937 году скончался, если бы не массовый, многомиллионный расстрел без суда и следствия собственного народа. И в этом котле террора и запретов на всё на свете варилась советская литература, метастазы которой до сих пор дают себя знать. Юрий Маркович Нагибин всю жизнь балансировал на грани диссидентства и правоверности. Ему хотелось и быть знаменитым писателем, литературной звездой, и иметь разные награды и регалии, и носить "мундир с золотыми погонами" генерала ("с восемью звездами", как писал Маркес), и получать большие гонорары за свои книги (он писал их навынос, ради денег), и в то же время писать правду, не быть советской номенклатурой. Он был трудным в быту человеком, одержимым по части любви к женщинам и по поднятию стаканов, у него было пять жен, Маша, Валя, Лена, Ада, Гела (Белла Ахмадулина) и еще больше любовниц, в которых он весь запутался и которых он упоминает в своем дневнике. Ему все время хотелось взяться за настоящую прозу, за свою самую главную книгу. И такой прозой и такой - главной и лучшей его - книгой стал его дневник, который он писал в свободное от другой работы время, для души. Это гениальная книга! Высокохудожественная, предельно искренняя и предельно откровенная. И только в ней он адекватен самому себе. Он встал с нею в ряд лучших русских писателей, которые не продавали свое вдохновение, поэтому и рукописи не продавали советскому режиму: Мандельштам, Платонов, Булгаков, Солженицын, Некрасов, Галич, Владимов и т.д. Нагибин умер, не дождавшись ее, через две недели после того, как мы подготовили ее к печати. Умер он тихо: прилег с книгой на диван и задремал. Я ходил хоронить его в Дом кино. И я один знал, какого писателя мы хороним. С Нагибиным кончилась советская эпоха в литературе. Нагибин там.

 

Юрий КУВАЛДИН

Subscribe

  • ОТНЫНЕ

    Что касается слова «ныне», то оно тормозит тебя на точке пребывания сию минуту, но эта точка так стремительно спускается по длинному…

  • КОМНАТА

    Человек входит в комнату спокойно, не волнуясь, что в ней он будет заключён навсегда, то есть в отношении входа и выхода он вполне свободен, как…

  • САМОЕ СИЛЬНОЕ ЗАБЛУЖДЕНИЕ

    Карл Юнг считал основой личности эго, своё собственное я, а Федерико Феллини считал личность метафорой бессознательного, то есть художественным…

Comments for this post were disabled by the author