kuvaldinur (kuvaldinur) wrote,
kuvaldinur
kuvaldinur

Сталин у меня есть «вырубленный столб из забора»

Я уже не раз подчёркивал, что о Сталине в литературном смысле надо говорить лишь как о вопиюще невежественном человеке. Он читал исключительно политическую литературу, имидж «знатока языка и художественной литературы» ему создавали «партийные негры», вроде Альтшулера-Лежнёва. Одна из книг Салтыкова-Щедрина ему понравилась - и он её прочитал до конца, процитировал в официальных документах. И подхалимы тут же назвали Национальную библиотеку в Ленинграде именем Салтыкова-Щедрина (ныне Санкт-Петербургская Национальная библиотека), хотя сатирик Салтыков-Щедрин великолепный писатель, но не столь великий - не из первой десятки русских писателей, куда входят Пушкин, Лермонтов, Гоголь, Достоевский, Лев Толстой, Чехов, Булгаков, Есенин, Высоцкий, Солженицын, имена которых могут украшать наши лучшие библиотеки. Так что имя Салтыкова-Щедрина в этом смысле - результат невежества Сталина. Но не только поэтому Сталин у меня есть «вырубленный столб из забора», который преграждал так долго путь к разгадке тайн тиходонского преступления. Сталин сам, хотя и не для широкой публики и не для печати, но добровольно отказался от миссии опоры-столпа «писательского имиджа» Шолохова. Академик-сталинист Фёдор Васильевич Константинов, у которого я работал помощником в 1971-1972 после защиты диссертации на философском факультете МГУ, рассказывал мне, что Сталин сказал своему главному секретарю Поскрёбышеву: «Этого бездарного деревенского мудака Шолохова больше никогда ко мне не записывайте на приём, о чём бы этот счастливый плагиатор меня ни просил!» Поскрёбышев не опубликовал это знаменитое «признание вождя», а вот посланник Тито Милован Джилас такое признание в вежливой форме опубликовал. Джилас в Коммунистической партии Югославии заведовал идеологией, хорошо знал литературу. В первую встречу 1945 он понравился Сталину, и когда у того начались трения с Тито, он пригласил в январе 1948 в Москву Джиласа. О встречах со Сталиным Джилас издал книгу «Беседы со Сталиным», М., 2002. Про тихо-донское преступление Джилас, естественно, ничего не знал, считал нашего оболтуса-плагиатора крупным литератором, способным в чём-то быть полезным при разборе литературных вопросов. На литературные темы на этот раз беседовали на даче Сталина. Замечу сразу: в тиходонском вопросе иностранцы - большие дети. Это и оттенил Джилас на с. 180: «Говоря о современной советской литературе, я, как в большей или меньшей степени и все иностранцы, отметил силу Шолохова. Сталин заметил: сейчас есть лучше! - и назвал два имени, одно из которых принадлежало женщине. Оба они были мне неизвестны». Как говорится, стоп-кадр!



кандидат философских наук Анатолий Сидорченко
Subscribe

  • Татьяна Озерова ПОДОЖДАТЬ ДО УТРА рассказ

    Татьяна Озерова ПОДОЖДАТЬ ДО УТРА рассказ Николай Иванович, красивый и крепкий семидесятилетний мужчина десять лет назад потерял…

  • ПРОГРАММА

    Каждый день поглядывал на одну и ту же почку на кусте у подъезда, выявляя малейшие изменения на ней, поначалу она молчала, но потом заинтересовалась…

  • ВАЛЕРИЮ ТОДОРОВСКОМУ 59 ЛЕТ

    Великолепного художника умного кино Валерия Петровича Тодоровского поздравляю с 59-летием (родился 8 мая 1962 года), желая при этом…

Comments for this post were disabled by the author