November 22nd, 2019

ТВОРЧЕСКИЙ ПОРТРЕТ

Прошли века, затем пройдут другие, я в каждом веке новый человек, за каждой буквой разглядеть могу я себя во всех, чтоб не забыть вовек, всегда идут по ним мои часы, от ритма рифм слух чувствует озноб, цветы души сияют от росы, непреходяще вдохновлялся чтоб, необходима путнику отвага, несущая всему на свете свет, и пусть скрипуча жизни колымага, она и есть твой творческий портрет.

Юрий КУВАЛДИН

Художник Недбайло Николай Михайлович (1940–2015)

Художник Недбайло Николай Михайлович
(1940–2015)


На снимке (слева напрво): Михаил Шатров, Фазиль Искандер, Николай Недбайло, Юрий Кувалдин на персональной выставке Николая Недбайло в театре Ленком 10 ноября 1988 года.

Вот Николай Недбайло, с бородкой, невысокий, сутулый, идет, оглядываясь, как будто его кто-то преследует, по Верхней Масловке из мастерской в магазин. Надо взять водки, портвейна, пива и закусить что-нибудь. Придут гости. Гостями бывали Анатолий Зверев, Владимир Солоухин, Булат Окуджава, Леонид Губанов, Фазиль Искандер, Юрий Кувалдин, Владимир Высоцкий... Богемный рай, с кухней на четвертом этаже. Знаменитый дом художников на Верхней Масловке всегда славился в советские времена свободным нравом. А художник Николай Недбайло был центром этой свободы. Здесь до утра пели песни, плясали, играли в карты и в шахматы, делились самиздатом, читали новые рассказы и стихи. Сам Недбайло, махнув рюмашку, вскакивал на стол и кричал что было мочи свои новые стихи. Да, и он сочинял стихи. Кого миновала в оттепель сия чаша? Тем более Недбайло был членом СМОГа, шумел в библиотеке на Беговой. За свой антисоветский художественный размах Николай Недбайло побывал в ссылке. Закалился. Многочисленные гуаши и акварели пронизывались простотой русской природы, северными аскетическими пейзажами, с огромными валунами, поросшими мхом, зеркалами озер с острыми, как сабли, стеблями травы, с круглой, как девица, луной. В масле на холстах Николай Недбайло становился еще лаконичнее, фольклорнее, но и ярче. Вот что любопытно, Недбайло практически никогда не смешивал краски, а работал открытым цветом. Николай Недбайло преобразил матрешку, палех и икону в собственный стиль. Если угодно, то это лубок. Народное искусство, только с очень индивидуальным уклоном. Собственно, и сам Николай Недбайло часто по своим простецким манерам напоминал мне деревенского мужичка. Например, индейку он мог запросто распилить пилой, предназначенной для пилки дров. Я этот мотив использовал в повести "Осень в Нью-Йорке". С моей подачи в 1988 году Николай Недбайло оформил 3-томник Фазиля Искандера для издательства "Московский рабочий", с которого я в это время стартовал как первый в СССР частный издатель. Разумеется, где прорываешься сам, туда и тащишь друзей. Туда я и привел Николая Недбайло. Наступило лихое время для смелых и талантливых людей. Но предшествующие годы мы не сидели сложа руки. У меня был полный сундук рукописей. У Коли - сотни картин. Пришло, наконец-то, долгожданное время свободы, которую мы пестовали всю жизнь и которую мы завоевали. Я с головой окунулся в издательскую деятельность, продолжая интенсивно писать. Наши пути с Николаем Недбайло разошлись. Хороший он художник, Коля. И парень хороший.
Умер в 2015 году.

Юрий КУВАЛДИН