January 18th, 2017

Писатели Сергей Михайлин-Плавский и Юрий Кувалдин (4 октября 2007 года)



На снимке: Сергей Михайлин-Плавский и Юрий Кувалдин (4 октября 2007 года)



Он был Михайлиным. Я окрестил его в Михайлина-Плавского. Чтобы был один в литературе, поскольку «Михайлиных» в отечестве без счёта. Писатель должен быть один. Сергей Иванович принял это сразу. Вообще, он был самым лучшим и послушным моим учеником. Ибо я помимо творческой с каждым любимым моим учеником веду и педагогическую работу. До встречи со мной Михайлин писал только стихи. В них я увидел обручи, как на бочке, сковывавшие глубинный талант. Такие стихи пишут тысячи. А ты, повторю, должен быть один. Я сказал Сергею Ивановичу, что буду печатать только его прозу (я и в журнале тогда печатал только прозу, а на бумаге я напечатал с 1999 по 2008 год 100 номеров). И он принес прозу. Моё ясновидение оправдалось. Передо мною во весь рост стоял замечательный оригинальный прозаик. При каждой нашей встрече он вооружался блокнотиком, куда заносил все мои мысли, как он считал, «великие», и даже обрывки каких-то моих фраз. Более преданного ученика я в писательской своей практике не встречал. Он умер в августе 2008 года. Тело его в земле. Но Сергей Иванович Михайлин-Плавский бессмертен.



Юрий КУВАЛДИН

ЗНАКИ ПРЕПИНАНИЯ

Вышла запятая погулять. Под ногами крутится всё время, не зная, куда встать. Приостанавливаются прохожие, размышляя, какой оборот событиям придать, смысловую паузу выдерживая. Но и точка выходит погулять. Многомиллионный дышит город. Запятая тормозит ненадолго всех подряд. Точка останавливает резко. Но опять движение возобновляется, и идут, и бегут предложенья там и тут, чтоб опять передохнуть пред запятой, и остановиться по команде точки. Восклицательный знак из-за угла выбегает, останавливается перед замешкавшимся и восклицает: проходите, товарищи, не задерживайте движение, не создавайте давку! Что случилось, почему стоят, откуда очередь, что дают? Это уже запыхавшийся знак вопроса подбежал, опасаясь быть обойдённым.

Юрий КУВАЛДИН