October 28th, 2014

БЫТЬ

Забыть часто хочется то, что не доставляло тебе положительных чувств. Но как тут быть, когда забыть усилиями воли не получается, а то, что хотел запомнить, как-то само собой забывается. Меня всегда веселил известный монолог, за который хватались все мало-мальски способные актёры, дабы крикнуть со сцены: быть или не быть. Конечно, забыть. Забыть, значит, не быть - вот вам ответ. Но ещё жёстче - забыть, значит, не записать. За тебя само твоё компьютерное устройство всё забудет, и тебя потом не будет. Помимо всех твоих намерений память довольно долго сохраняет то, что сам ты и не собирался запоминать. В детстве на чистый диск памяти ложились первые впечатления. В глубокой старости почти все поэтому впадают в детство, вспоминая с умилением, допустим, как бабушка читала с выражением «Каштанку», что гораздо интереснее риторического вопроса «быть или не быть».

Юрий КУВАЛДИН

28 ОКТЯБРЯ РОДИЛСЯ ПОЭТ ВАДИМ ПЕРЕЛЬМУТЕР

perelmuter-vadim-trubka

Поэт Вадим Григорьевич (Гершевич) Перельмутер родился 28 октября 1943 года в Москве. Окончил Литературный институт им. М. Горького (семинар Сергея Наровчатова). Писатель Юрий Кувалдин издал две книги Вадима Перельмутера: "Стихо-Творения" (1990) и "Звезда разрозненной плеяды", о Вяземском (1993).

ВАДИМ ПЕРЕЛЬМУТЕР

ЗАПОЗДАЛАЯ БАЛЛАДА

Дверь отперта. Переступи порог...
Волошин

На переломе года к холодам
Найду мгновенье, чтобы оглянуться -
И разглядеть среди чужих свои
Следы - и на земле, и над землею,
На высоте, немыслимой для птиц
И не всегда покорной самолетам,
Где издавна хватает только слову
И воздуха, и неба, и крыла...

И тотчас угадаю - и увижу,
Минуя все провалы и пустоты,
Заполненные временем и светом,
Утратившие ощупь, цвет и звук, -
Июль в Крыму. Расплавленные горы
Стекают в море. И вода вскипает
У их подножий пенами приливов.
И жаждущие трещины земли.

Здесь все как бы двойными зеркалами
Раздроблено на сотни отражений -
Больших и малых, близких и далеких.
Здесь дом на берегу, где сорок лет
Прошли, как сорок дней, и даже меньше,
Откуда отлучился ненадолго
Хозяин легкой поступью пастушьей -
На триста лет. А может - на пятьсот.

Но все равно дотоле доживет
Вот этот камень, двойником сошедший
На край земли. И перемены в нем
Не обнаружить быстрым нашим глазом.
Так мы не видим, как растет трава,
Как в небо возвращается, обжегшись,
Короткий дождь, чтоб снова облаками
Пройти над нами прямо на восток.

И не способен наш неровный слог
В ограничении четырехстенном
Отобразить спокойствие дорог,
Раскрепощенных звездным тяготеньем, -
Пока никто из нас не превозмог
Сквозь камень прорастающим растеньем,
Вначале бестелесным и бестенным,
Всей тяжести его нещадных строк!..

Ну, вот и все. Пора. Оцепененье
Рассеялось. И так же, как всегда,
Беспрекословен поворот планеты.
Но знаю: непременно проживу
Еще единожды, еще однажды
Вот этого июля эти дни,
Где не застал ни отзвука ветров
В мое богатое ветрами время -

Которого никто не выбирает
Ни для рождений, ни для откровений,
Ни для смертей, ни для смятенья духа!
И видит Бог - я не спешил сюда,
Но опоздал случайно, безнадежно.
И угадал и угодил в межзвучье.
И неотступна внятная тревога:
Он что-то мне
Сказать хотел...
Но - что?

1972