December 15th, 2013

КРАСНЫЙ ЧЕМОДАНЧИК АЛЕКСАНДРА ЯЦЕНКО

yatsenko-aleksandr-ottepel

Какой-то по-детски счастливой удачей Валерия Тодоровского в «Оттепели» является образ молодого режиссера Егора Мячина в колоритном, нестандартном, даже диссонансным по отношению к другим актерским работам (не умаляя, впрочем, их) исполнении Александра Яценко. Он не знает, как сесть, как встать, как говорить, как улыбаться. Полевой цветок, сама непосредственность. Одно плечо его идет влево, другое назад, выдергивая руку в полудвижении, нога занесена для шага, но не шагает, а зависает в тот момент, когда на губах едва проступает улыбка полнейшего непонимания. Я ошибся номером. Как попал сюда я, боже мой! Извините. Белую лошадь на задний план. Глубина кадра. Александр Яценко перпендикулярен стандартному актёрскому миру. Он ничего не играет, потому что забыл, как это делается, и как его учили. Это как у Блока: «Словно что-то недосказано, Что всегда звучит, всегда... Нить какая-то развязана, Сочетавшая года». Яркая личность всегда идёт поперёк устоявшихся правил. Дайте красный чемоданчик, как «Чёрный квадрат» Малевича! Александр Яценко ставит жирную точку на избитых актёрских приёмах. Он увидел мир глазами ребёнка. Словно это Холден Колфилд из «Над пропастью во ржи». Александр Яценко находится в промежуточном состоянии между жизнью и искусством. Запечатление себя в Слове, а изображение (и всё на свете) передается Словом (знаком, символом, цифрой), есть обеспечение своей душе бессмертия. Недаром блистательный Михаил Козаков назвал театр рисунками на песке. Ошибались старые мхатовцы, не разрешая молодым актерам сниматься. А Леонид Харитонов в картине 1956 года Виктора Эйсымонта по сценарию Виктора Розова «В добрый час!» и ныне (и всегда!) светится новизной. Осип Мандельштам так метафорично определяет суть творчества: «Только детские книги читать, Только детские думы лелеять. Всё большое далеко развеять, Из глубокой печали восстать». То, что не сохраняется в Слове, то бесследно исчезает. И это начинает понимать чрезвычайно до краёв чаши души неподражаемый Александр Яценко.

Юрий КУВАЛДИН