April 12th, 2012

ЦЕПЬ

Одно слово тянет за собой другое слово, вытягивая всю цепь. Одно событие ассоциативно вызывает к жизни множество других событий. Так устроено искусство. Я говорю каждому, чтобы он бесследно не исчез с лица земли, писать. Они сразу застывают в позе кролика перед удавом. Так активно и гладко они полемизировали со мною устно, и вдруг - нажми, водитель, тормоз, наконец! Переложение устной речи в письменную, практически, так же невозможно, как слесарю сантехнику сыграть вместо Мстислава Ростроповича… Кстати, о Ростроповиче. Его имя - Мстислав - регулярно вылетает из моей головы. На моем юбилее в Театре на Таганке я, представляя публике молодого талантливого пианиста Филиппа Копачевского, сказал, что его очень высоко ставит Ростислав Ростропович. Потом я поправился: Станислав Ростропович, потом Святослав, потом Вячеслав, потом еще что-то бухнул из этого набора составных имен с приставкой любви - лав. В конце концов, я просто сказал, что Копачевский - надежда Ростроповича. Редкое имя, что и говорить. К тому же, я всегда в этом имени слышу месть любви. За что он мстит любви? Ведь месть есть самое низменное чувство, недостойное интеллигентного человека. Вот на этом примере я и остановлюсь, чтобы вы видели, как одно слово тянет за собой другое и так далее.

 

Юрий КУВАЛДИН