November 19th, 2009

ВСЕГДА ОДИН

Свидригайлов из "Преступления и наказания" мыслит примерно так: привидения порождены болезнью, это правда, но разве нельзя сказать, что болезнь порождена привидениями? Человеку с подобной экзистенциальной ориентацией бесполезно задавать вопросы, требующие однозначного ответа. Число "один" - идея фикс и упрямая догма: вопрос суть двойственность и сомнение, ответ должен "снимать" вопрос. Делимость означает здесь раздробление, то есть уничтожение. Это число мужское, несгибаемое, принципиальное, мужчина и его боги отличаются нетерпимостью, прямолинейностью, автодиктатом. Когда Лермонтов провозглашает: "Но есть, есть божий суд, наперсники разврата!", - это безусловная угроза в адрес беспринципной делимости. Число "один" - мужская монотеистическая религия. Ева - результат "дробления" Адама. Имея в сердце число "один", единственные расценивают мир как свое представление и полигон амбиций. Но как бы мир ни дробился, двое производят единицу (пол в данном случае безразличен). Человек один и живет только в себе одном, как бы он ни старался влиять на другого. Образ и подобие - Один. Всегда один. Одиночки создают метафизику. Одиночки выходят из социума. В одиночестве истинная жизнь, переходящая в текст.

Юрий КУВАЛДИН