kuvaldinur (kuvaldinur) wrote,
kuvaldinur
kuvaldinur

Categories:

Олег Романов "Лев Разгон: «Касимов не случайная строчка в моей биографии!»"

Олег Романов

ЛЕВ РАЗГОН:
«КАСИМОВ НЕ СЛУЧАЙНАЯ СТРОЧКА
В МОЕЙ БИОГРАФИИ!»

(воспоминания, письма знаменитого писателя с комментариями)

Олег Владимирович Романов на открытии выставки Льва Эммануиловича Разгона в краеведческом музее города Касимов 27 ноября.2009 года.

Из популярного в конце славных 90-х еженедельника «Книжное обозрение», подписчиком коего (с 1984 г.) был, узнал, что знаменитый писатель Лев Разгон (1908-1999) с лета 1915 г. по осень 1918 г. жил в г. Касимове. Семья Разгонов стала беженцами из-за начавшейся 1-й мировой войны. Дело в том, что «К.О.», как коротко книголюбы СССР звали эту газету, публиковались с продолжением отрывки из автобиографической повести Льва Эммануиловича «Позавчера и сегодня», где об этом в подробностях и говорилось. Кстати упомянуть, дом этот, в 2 этажа, где жили Разгоны, почти напротив кинотеатра «Марс», сохранился! Страстного краеведа это сильно заинтриговало. Решил узнать подробности пребывания писателя в нашем городе у автора. Повезло! Помог в этом отдел писем еженедельника «Книжное обозрение» – переславший писателю письмо краеведа из Касимова на домашний адрес! Думаю, это доброе дело, сделала Юлия Березовская, сотрудница отдела писем «К.О.», отвечавшая на письма читателей. Талантливая журналистка и поэтесса, первый строгий редактор прозы автора этих строк, с которой в дальнейшем подружились и стали переписываться. Юлия Ивановна помогла расширить знания по работе с текстами (проза нечто другое, чем журналистика) и пополнить домашнюю библиотеку. Стихотворение Ю.И.Березовской, начинающееся со строки: «Дочь Пушкина погибла под забором», написанное 26-27 июля 1998 г., получило  2-ю премию на VIII конкурсе поэзии «Пушкину посвящается» к 200-летнему юбилею А.С.Пушкину, проведённого международным обществом пушкинистов в Нью-Йорке в 1999 г. – за это прислали в 2000 г. приз – роскошный фотоальбом с видами «города жёлтого дьявола». Лев Разгон, не только быстро откликнулся, но и до смерти состоял в переписке, присылал свои книги с автографами, хотел побывать в городе, считал его родным.

ДЛЯ СПРАВКИ:
Лав Эммануилович Разгон (1908 – 1999 гг.) писатель, критик, публицист.
Родился в г. Горки (Беларусь). С лета 1915 года по осень 1918 жил в Касимове. С 1922 года уже в г. Москве. В 1932 г. окончил исторический факультет МГПИ. Литературную работу начал в конце 20-х годов как редактор, критик и публицист в детской и юношеской литературе. В 1938 г. арестован, провёл много лет в тюрьмах, лагерях и ссылке. Освобождён и реабилитирован в 1955 г. Автор: воспоминания «Непридуманное» (переведено на десятки языков мира, 1988 г.) книга «Плен в своём отечестве» (1944 г.) – размышления очевидца, проведшего 17 лет (1938 – 1955) в сталинских тюрьмах и лагерях, о методах и практике репрессий, о трагических судьбах  жертв и неисчерпаемости этой темы. А так же научно-популярных книг («Под шифром «Рб» о библиофиле Н. Рубакине, 1973г.), литературно-критических очерков. Автобиографическая повесть «Позавчера и сегодня» (1951–1993), опубликована в 1995 г.) – в том числе о детстве в Касимове, о корнях. Продолжительное время советник Б.Н. Ельцина и входил вместе с Анатолием Приставкиным (1931 – 2008) в комиссию по помилованию. Не помиловали  1 –  Андрея Чикатило (1936 – 1994).

…Пожилой, беловласый уже человек бродил по тихим улочкам города Касимова, городка, который с полным правом мог бы назвать родным. К сожалению, бодрящего старичка ник­то не узнавал. Тех людей из далёкого детства давно съело беспощадное вре­мя революции, гражданской войны, реп­рессий. А графические портреты на обложках сочинённых  книг, передавая черты характера, не отличаются бук­вальным сходством.
Писатель же продолжал ходить по городу, где оказался на один день в 70-х, причём, проездом. Спешил посмот­реть дом детства (внутри обветшал, не раз писала местная районная газета «Мещерская новь») на центральной улице Советской, напротив бывшего киноте­атра «Марс» («кина нет», обосновались и торгуют одеждой и т.д. «купи-продаи» Авт.), где жил. На первом этаже дома, где проживали Разгоны, при СССР – магазин «Хлеб», теперь вместо душистого хлебушка, здесь торгуют косметикой и другими товарами. Забыв о возрасте, человек поднимался по склонам семи оврагов (чем не Рим –Касимов?!), заглянул и на Татарскую гору (здесь доживает век не менее знаменитый дом, где  в 1812 г. квартировал лечивший раненых в местном госпитале Михаил Андреевич Достоевский  (1787–1839) – отец нашего классика Ф.М.Достоевского  (1821–1881). С сентября 1812 г. в городе работал госпиталь, где лечили раненых и больных Бородинского сражения и др. Авт.), куда и в пору детства ходил. Даже сам не заме­тил, как оказался на другом берегу Оки, пройдя на ту сторону по понтонному мо­сту, занятый мыслями, чтобы со стороны заокских далей взглянуть и оценить красоту родного Касимова (не зная ещё, что в последний раз)…
Как хотелось побывать здесь в молодости, но работа. Ездил на Волховстрой, в другие места, где решалась судьба первых пятилеток. Писал в газетах, книгах. Верил в то, о чём строчил, к чему призывал других людей, к чему сам стремился. Беспризорничество, воровство, другие отрицательные явле­ния жизни, с какими пришлось сталкиваться Разгону, виделись временным, способным вскоре исчезнуть навсегда, paствоpиться в небытие.
Того, о ком пойдёт речь, звали Львом Эм­мануиловичем Разгоном. Литературное твор­чество смог развер­нуть с конца 50-х годов. Теперь, спустя годы, гораздо чаще и охотнее раскрываем журналы и еженедельники тридцатилетней давности, где опубликованы невыдуман­ные рассказы Льва Разгона и записи бесед с ним, откладывая в сторону детгизовские книжки с повестями об учёных, революционерах, писателях. Биографы, критики, авторы предисловий к многочисленным книгам – опускали промежуток жизни журналиста, писателя-документалиста.  ГУЛАГ отнял многое, но не искалечил душу. Вернувшись, в конце концов в Москву, куда после Могилева и Касимова уехал на рубеже 20-х годов, Лев Эм­мануилович не раз вспоминал школьные занятия. Вот так и вышли из-под пера «Живой голос науки», Издательство «Детская литература» Москва 1970 г. Это литературные портреты таких корифеев как: естествоиспытатель К.А.Тимирязев (1843 – 1920), минералог А. Е. Ферсман (1883 –1945), геолог В.А.Обручев (1863 –1956) ,  зоолог Н.Н.Плавильщиков (1892 – 1962),  популяризатор энтомологии И. А. Халифман (1902 – 1988), книговед Н.А.Рубакин (1862–1946), биолог В. В. Лункевич (1866 –1941), мировед Я.И.Перельман (1882–1942), киносценарист О. Н. Писаржевский (19081964) . можно не задавать вопросы сегодняшним школьникам. Вряд ли они знают их биографии. Как хотелось, что­бы детки последующих по­колений, изучая физику, хи­мию, математику, не испытывали трудностей, с которыми сталкивался малыш Разгон читая учебники. За­думал создать книги, не подменяющие школь­ные пособия, а дополняющие, делающие доступным сложные понятия. Выходили и другие книги. Например, первая о писателе: В. Ян. М., Детгиз, 1960 г.
            Ждало часа слово из ГУЛАГа. И момент на­стал. Теперь уже не приходилось слышать в издательствах уклончивого и вежливого отказа при виде рукописи с «ЛАГерной» тематикой. Автобиографические рассказы «Непридуманное» напечатали перестроечные журналы «Юность» и «Огонёк». По материалам следственных дел, представленных писателю сотрудниками КГБ, написаны очерки «Перед раскрытыми дверями». Эти произведения переводятся на языки народов мира, включая греческий.
Напечатанный в еженедельнике «Книжное обозрение» отрывок «Мой родной го­род» из новой автобиографической повести Льва Разгона, где с теплотой упоминал­ся наш Касимов, натолкнул на мысль на­править письмо в «КО» с просьбой пере­дать автору. Поверить трудно. Но ответ пришёл из подмосковного посёлка писа­телей Переделкино (теперь с 2011-2012 гг. территория, присоединённая к г. Москве). Кроме в одну машинописную страничку, пись­ма, Лев Разгон прислал тонюсенькое приложение «Библиотека», «Огонёк». Брошюр­ка, стала дополнением к «Московским ново­стям» № 39 за 1991 год, где напе­чатан очерк о Льве Эммануиловиче и второй супруге Ревекке (Рике) Ефремовне Берг (1905 – 1991), об трогательной любви. Имелось в моей коллекции и «Непридуманное» приложение «Библиотека», «Огонёк» №44, 1988 г. М. Издательство «Правда» 1988 г.
Завязалась переписка. За 4 года (1993 – 1997) – пять писем…
«–Знаменитый писатель Лев Разгон жил в Касимове!» – эти слова многократно говорил гостям и жителям древнего городка. Помню во 2-й половине 90-х после съёмок в городе и окрестностях фильма «Мусульманин» знаменитый теперь кинорежиссёр Владимир Хотиненко привёз для первого просмотра эту ленту в Касимовский кинотеатр «Марс». С ним прибыли: съёмочная группа, актёры и т.д. Пригласили на презентацию фильма и  местных жителей, снимавшихся в массовых сценах. (Снимался и я! Авт.),   Радовались деревенские бабушки, которые боялись не дожить до этого момента. Репортаж с дебатами дважды показали потом по «РТР». После просмотра обзорная экскурсия по городу. Когда тронулся старенький ЛиАЗ (в народе ругали «скотовозом»), рядом оказался художник-фотограф фильма (так в титрах) Игорь Гневашев (19 октября 1936, Одесса – 25 ноября 2016, Москва) (рекламные фото для витрин кинотеатров, где Евгений Миронов и Евдокия Германова едут в деревенской телеге и др., помню, висели  в касимовских кинотеатрах, это фото И.И. Гневашева Авт.). Игорь Иванович как представился – 3-й фотограф в мире! Осмелившись («РТР» сняло выступление  и касимоца, краеведа на дебатах), показал дом, где жил Лев Разгон. И  не рад, что это сделал. Разразились громы и молнии. Уши завяли у полного народом автобуса. Повезло, что автограф, Игорь заранее дал на память. Но людей не таких – больше…
            …Лёвушка родился в бедной еврейской семье в маленьком райцентре Белоруссии – г. Горки (Могилевской области). Известен с 16 века. Того, старого города, теперь нет. В Великую Отечественную войну фашисты сожгли городок, а евреев, родственников Разгона там и расстреляли. Жила семья бедно, дома не имела, пользовалась съёмным жильём. Кормил семью, жену и 3-х ребятишек, отец, рабочий парфюмерной фабрики. Грянула 1-я мировая война. Пришлось Разгонам выехать в наш Касимов, Рязанской области, т.к. хозяин фабрики перевёл бизнес в Москву, и отец лишился работы, платить за жильё стало нечем. У мамы Льва Эммануиловича в Касимове жил старший брат Иосиф Израилевич Шапиро (деревянный дом снесли недавно, и теперь частная клиника: «Классный доктор» процветает, но я краевед со стажем, сохранил фото дома по улице К.Маркса, на краю пощади Ленина Авт.), преуспевающий зубной врач с женой и тремя детьми. Богат и знатен. Слал денежные переводы для подарков детям к большим праздникам на адрес сестры. Вот как певуче писатель описывает в книге «Позавчера и сегодня», присланной в то время, наш удивительный город со стороны реки Оки, когда Разгоны подъезжали на пароходе к Касимову в 1915 г.:
… «Вдали, налево, на высоком берегу показывается город: скопище домов, церквей, складов. Мы проезжаем мимо большой кирпичной многоэтажной фабрики, и я вслух читаю золотые буквы на металлической решётке: «Братья Зайцевы» (нашлось старинное фото – всё точь-в-точь! Авт.),); мимо огромных белых пароходов, стоящих у длинного здания с надписью «Пароходство Качкова». На пароходе усиливается шум, толпа пассажиров скапливается на палубе. Меня хватают за руку и крепко держат, пока пароход, разворачиваясь, подходит к пристани. В густой толпе мы идём по сходням, и я вижу на пристани богато одетого человека в шляпе, с длинными волосами, он машет нам рукой и что-то кричит, но мы не слышим его голоса в шуме толпы. Рядом с ним – полная и очень представительная дама: таких я видел только подъезжающими на извозчике к Дворянскому собранию. Они обнимаются с моими родителями, чмокают нас и гладят по голове. Затем все усаживаются на извозчиков, и мы начинаем подниматься по длинному и крутому взвозу в город. Мы в Касимове»…
Разгон начал писать, отбывая заключение в ГУЛАГЕ (Усольлаг, город Соликамск Свердловской, затем Молотовской области (Пермский край), Кушмангорт – посёлок в Чердынском районе Пермского края.), зимой 1951 – 52 года для любимой дочери Наташи (1936 – 2011). А вот обработать тексты в книгу смог в 1993 г., потому что тетрадь потерялась и нашлась чудесным образом только в конце восьмидесятых. В 1988 г, когда журнал «Юность» опубликовал самую общеизвестную книгу Разгона о пребывании в лагерях «Непридуманное», где автор упомянул о потерянной тетради, написанной в лагерях, вдруг дома у Льва Эммануиловича раздался телефонный звонок. Русские люди позвонили и сообщили, что у них дома тетрадь, где интересно описывается детство еврейского мальчика в белорусском местечке. Рукопись вернулась к автору и стала книгой!
«А Касимов действительно был по-настоящему интересным городам», «Касимов был для меня первым томом такой любимой книги, и чтению её я отдавался с упоением», – пишет в ней Л. Э. Разгон о нашем городе. – «Впервые я увидел город, состоящий из каменных домов – красивых особняков, двух- и трёхэтажных зданий, увидел асфальтовые(возможно здесь память подвела мэтра слова, (вплоть до наводнения 1924 г. в г.С-Петербурге Невский проспект был покрыт «торцовкой», имел деревянное покрытие), скорее всего, выстелены булыжником, как на старых фото. А первый асфальт появился в нашем городе в 1957 г. Авт.) тротуары, витрины магазинов, новый для меня уклад жизни. Любители пышных слов называли в дореволюционных газетах Касимов «рязанской Америкой», настолько он выделялся среди других уездных русских городов…». Разгон коротко описывает касимовскую историю, рассказывает о купцах, которых описал в «Вассе Железновой» Максим Горький, об официанте из «Анны Карениной» – касимовском татарине, который в романе прислуживает при обеде  Облонскому и Левину в ресторане «Англия», упоминает о знаменитых касимовских кожах: юфти и сафьяне, касимовских колокольчиках, городском театре, куда приезжали на гастроли столичные знаменитости! В то время мальчика волновало величие местной старины. В первый год пребывания мальчик исследовал окрестности. Ходил даже через Оку по понтонному мосту  к ресторанчику «Кинь грусть» (не сохранились. Авт.). А на следующий год мальчишка пошёл в школу, в 1-й класс начального училища. Носил серую рубашку, ранец из телячьей кожи и ремень с пряжкой и буквами «КВНУ». Надолго запомнилось мальчику, как священнику отцу Василию дети насыпали дрожжей в отхожее место за придирство и побои на Законе Божьем. Потоки зловоний текли даже из окон!
В Касимове, во время революции и гражданской войны, летом 1918 г., в овраге за домом, братья Разгоны играли в войну, начитавшись в касимовской библиотеке Майн Рида. Библиотекарем работала к тому времени младшая сестра мамы Разгона тётя Хася. Играли в индейцев у чистого ручья (теперь овраг за домом превращён в жуткую свалку отходов и стыдливо заколоченную от пытливых глаз обывателя – глухими заборами уже новой властью и вряд ли ручеёк чист как слеза. Авт.), бегущего по дну оврага. Помимо этого – ловили рыбу с моста (даже сомы катали здесь рыбаков Авт.) и качались на волнах в привязанной лодке, рвали за Окой в лесу ландыши и ирисы (редко, но встречаются в диком виде и по сей день! Авт.!). Революций было много, и занятий, конечно, не было. А отца, хоть и не годного по зрению, взяли на империалистическую войну. Мама кормила деток шитьём на «Зингере». Машинку привезли с собой из Белоруссии и возьмут потом обратно в Горки, где продадут и купят на неё корову! И выживут. Отец пришёл с войны и пробавлялся случайными заработками: работал грузчиком на пристани, перевозил грузы на лошадях по деревням. Здесь же родился и четвёртый ребёнок в семье, младший брат: Абрам Разгон (1917–21.02.1991). По эстетическим соображениям редакторы постоянно убирают из материалов сведения об этом родном брате Льва Эммануиловича, похороненном в Иерусалиме на старом еврейском кладбище. Абрам, вместе с Юзом Алешковским, Алёшей Охрименко и др. – автор матерных песен ходивших на просторах СССР на магнитофонных катушках наряду с песнями более знаменитого Владимира Высоцкого…
Вот что пишет Л. Э. Разгон (пунктуацию и орфографию сохраняю. Авт.) в своём первом письме ко мне. В большой конверт была вложена брошюра: «Перед раскрытыми делами», с тёплыми словами: «Олегу Владимировичу Романову – на добрую память от автора 9.8.93.» и расписался!

Переделкино, 5.8.1993

«Дорогой Олег Владимирович!
Редакция «Книжного обозрения» переслала мне Ваше письмо, которое я прочитал с некоторым волнением. Касимов – не случайная строчка в моей биографии. С этим городом у меня связано множество важнейших событий в истории и в моей собственной жизни. Наша семья прожила в Касимове три с половиной года – с лета 1915 года по осень 1918 года. В этом городе я пережил две революции, начал ходить в шкалу, с ним у меня соединена память о годах, которые в жизни являются одними из самых главных. В новой книге, которую я на днях закончил и маленький кусок которой был опубликован в «К.О.» я про Касимов, про сам город и мою жизнь в нём пишу довольно много. Надеюсь, что Вы это прочтёте.
И о самом Касимове у меня сохранились самые светлые впечатления. К сожалению, в Касимове я после 1918 года был лишь раз, в семидесятых годах, проездом, пробыл в нём всего один лишь день. Хотя всегда мечтал не только ещё побывать в этом городе, но и просто немного пожить в гостинице, поработать среди тишины и воспоминаний.
Когда был в Касимове, побежал смотреть дом, где мы жили. Он сохранился, как и, вообще, весь почти город. Наш дом находился на Главной улице, почти напротив старого /тогда единственного/кинотеатра, кажется, он назывался «Марс». Тогда я обежал весь город, даже побывал на «Татарской горе» и за Окой – очень были сильны во мне воспоминания моих детских лет. Мне уже много лет, но по прежнему мечтается о том, чтобы побывать в городе, который, я считаю своим, родным.
Собирая всё о Касимов став его неофициальным историографом, Вы делаете прекрасную и благородную работу. Желаю Вам в ней всяческих успехов.
Благополучия и здоровья!
Ваш Разгон (подпись).

Мечта Л.Э. Разгона так не сбылась. Его давно уже нет с нами.
И ещё письма. Второе.
Москва, 3.XI.93 (на фирменной почтовой бумаге Царицыно с рисунками в коричневом цвете)
Дорогой Олег Владимирович!
Спасибо за письмо, за подарки – книгу, газету (Я публиковал под рубрикой: «Годы и судьбы», статью: «Наш город родным ему будет всегда», о моём знакомстве с писателем в местной районной газете «Мещерская новь» №117 (12403) от 28. сентября 1993 г., тиражом 11440 экз. (прочли весь город и Касимовский район), правда, пришлось поделиться гонораром с зам. редактора, поэтом Евгением Ермачихиным (1947 – 2004) (под материалом 2 подписи моя и его), иначе не взял бы, хотя в начале 90-х почти 2 года трудился в штате сотрудником 2 категории – корреспондентом. После ГКЧП – попал под сокращение и угодил на биржу труда. Но сотрудничество не бросал. К материалу (офсетной печати ещё не было) местный касимовский художник (я думаю, первый директор и основатель ДХШ г. Касимова: Рыжов Валентин Яковлевич, сотрудничавший с газетой в то время) срисовал мало похожий портрет Разгона с его книги «Молодость Республики». М., Детская литература, 1976, и я отправил этот интересный номер, с первой публикацией о нём, на память писателю со своим автографом. Авт.)., милую поэтическую безделушку. [Книжку-самоделку с автографом, со стихами О.Романова, т.к. первая книжка «Параллели» выйдет лишь в 1997 г. в издательстве «Четверг» С-Петербург, у Н. Нутрихиной (познакомились через «К.О.»! Авт. ), за что местные писатели-патриоты заимеют на меня зуб]. Я очень тронут, что меня вспомнили в городе, к которому я сохраняю любовь и привязанность. Когда будет опубликована новая моя книга, в ней будет находиться целая глава «Касимов».
     Сейчас продолжаю работать над ней. Вообще, не смотря на возраст, много работаю. И очень этому рад. И всё ещё мечтаю о весне, лете, о поездке в Касимов. Ну, если Бог будет ко мне милостив, авось сбудется.
     Тогда и погуляем по Касимовским улицам.
     А пока я желаю Вам здоровья и успехов в жизни, в работе.
     Крепко жму руку

Ваш Разгон (подпись).
Третье.
    Москва, 15.XII.93 (на фирменной почтовой бумаге Царицыно с рисунками в коричневом цвете)
Дорогой Олег Владимирович!
Спасибо за письмо, за приятные сведения. Конечно, мне будет и радостно и интересно побывать в Касимове, встретится с Вами и другими касимовцами. Бог даст – доживём до весны и погуляем тогда по Набережной Оки и по Татарской Горе.
С удовольствием прочитал Ваш очерк. Он интересен по факту и хорошо написан. А какой-нибудь кусочек книги и фотографию постараюсь прислать.
А пока что поздравляю Вас с Наступающим Новым годом.
     Здоровья Вам и бодрости.
     Крепко жму руку

Ваш Разгон (подпись).
P.S. А Высоцкий жил в доме почти напротив моего. (Помню, что спросил об этом Льва Эммануиловича! Авт.).
          Четвёртым был большой конверт, в котором лежала и книга – «Позавчера и сегод­ня» Повесть о жизни. – Тель-Авив – Москва 1995 г.-208 стр., вышла в Приложении к российско-израильскому литературному альманаху «Перекрёсток – Цомет». В полноценной книге очень много страниц посвящено Касимову предре­волюционных времён – опять же с ав­тографом автора: «Дорогому Олегу Романову – с самыми добрыми пожеланиями. 4.XI.95.».

Москва, 4.XI.95

Уважаемый Олег Владимирович!
У меня вышла книга, часть которой посвящена жизни в Касимове.
Знаю, что Вы являетесь, в некотором роде, историком этого города, к которому я питаю самые хорошие чувства.
Поэтому посылаю её Вам, с надеждой, что она Вам будет интересна.
Буду рад, если черкнёте о её получении.
Самых Вам больших успехов и здоровья.
Ваш Разгон (подпись).
        Понятно, что я ответил на письмо!

Последнее 5 письмо пришло из дома на Ма­лой Грузинской, в немаркированном конверте с наклеенной маркой в 100 руб. и овальным чёрным штампом: «Почта России», «Доплатить». Авторучкой синими чернилами вписано: 950 рублей. «Москва Хорошевский ЦС». Надпечатки ценят филателисты. Где нашёл такую «астрономическую» сумму? Не вспомню. [ведь книжку в этом году издал за счёт пенсии родителей. т.к. мне не платили совсем зарплату на работе, судился с работодателями Авт.], но выкупил письмо!

Москва 18. 10. 1997 г.
Дорогой Олег Владимирович!
Только что приехал в Москву – пол­тора месяца был в Италии и застал Ваше письмо с газетой. Спасибо Вам за все эти заботы. Хотя они сопровож­дались и смешным случаем с женщи­ной, (это о касимовке: Галине Ивановне Садко, которой недавно исполнилось 110 лет! Родилась она  11 марта 1908 г. в доме на ул. Дровяной (теперь ул. Комарова) в семье купца Умнова. Из 3-х сестёр самая младшая. Папа продавал шляпы и др. головные уборы, возил товар из г. Нижнего Новгорода и даже сам шил. Окончила педучилище, работала учительницей начальных классов, сходила замуж за офицера пограничника. С ним «стерегла» границу (Ираном и Турция). В Ленинакане они пережили землетрясение. Муж ушёл на фронт и пропал без вести в1941-м, пришлось переехать в  г. Касимов, где пришлось поруководить школой ПВХО, трудилась: страховым инспектором, затем  в 50-е годы  устроилась в Касимовский краеведческий музей, где и трудилась до пенсии (1967 г.).  По должности знала всех людей в городе, обладая удивительной памятью. Но на моё, как краеведа обращение ответила отрицательно, ибо не помнила Льва Разгона, о чём я ему и сообщил в своём письме. Авт.) отрицавшей, что я жил в Касимове. Сейчас немного приболел, схватил ита­льянский грипп, но надеюсь скоро стать опять работоспособным.
Радуюсь за Вашу большую энер­гию и за безусловные грядущие успехи. В том числе – и международного ха­рактера.
Будьте обязательно здоровы и бодры.
Ваш Разгон. (подпись).
Жаль, что провидец Лев Разгон так и не смог приехать в Касимов ещё раз. Причина уважительная – помешала смерть. Хотя в каждом письме обещал это сделать…
Но должен жить в Касимове всегда. В 27 ноября 2009 г. В Касимовском краеведческом музее состоялась выставка «Твоя родословная», где были выставлены и письма Льва Разгона к Олегу Романову и публикации в газетах. Остались фото. Журналист Елена Серебрякова опубликовала одно из писем в областной газете «Рязанские ведомости».
На доме, где он проживал, даже в год 100-летнего юбилея писателя не открыли памятную доску, хотя и старался убедить в этом земляков, пока не получается. Воз и ныне там. В Касимове кроме меня до Разгона никому нет дела. В городе есть и еврейская община. Говорил и устно, и в печати, и на ТВ местном (это в 1997, после выхода 1 книги, в 1998 г., когда отзыв перевели на японский и 2-ды японцы приглашали меня в ресторан «Саппоро» на проспекте Мира в Москве, и в 2003, когда японцы приезжали в Ташенку Авт.), что родной дом Разгона давно надо украсить доской. С такой надписью: «Здесь с 1915 по 1918 г жил узник ГУЛАГа, писатель-гуманист Л. Э. Разгон (1908 – 1999)». Добрый, отзывчивый на добро человек, вместе с Евгенией Таратутой (1912 – 2005) (познакомились через «К.О.»! Авт.) первым одобривший детские стихи автора этих строк в самоделанной книжке, которые писать тяжелее, чем для взрослых. Пророк! Не боюсь этого слова! Ведь уже в 1998 г. критический отзыв из Ташенки на книгу японского философа о Перестройке, переведён на японский язык. А стихи, рисунки, фото, коллажи замелькали по миру в престижных арт-галереях на выставках мейл-арта (украшение почтовых отправлений).

"Наша улица” №231 (2) февраль 2019



Subscribe

Comments for this post were disabled by the author