kuvaldinur (kuvaldinur) wrote,
kuvaldinur
kuvaldinur

ЛЕТО ПО ИМЕНИ ОСЕНЬ Ирина Гурская

Ирина Гурская


ЛЕТО ПО ИМЕНИ ОСЕНЬ


рассказ

Крик лесной птицы
Встревоженной
Встревоженной одиночеством
Подспудное осеннее буйство
Цветение полей
Капли росы и дождя
Дыхание трав промоченных туманом
Зачем мы приходим сюда
В поля в одиночество
Чтобы убедиться что еще живы
Наблюдать умирание
В поля где нет воспоминаний
В поля где они кристаллизуются
Стоят дольменами
Где воспоминание можно обойти
Можно почти не заметить
Небрежно махнув в его сторону
И все же трепещешь в осеннем лесу
Ждешь услышать что-то главное
Что могут сказать только лес и поле
Принимающие на себя вечное
Обновление и непререкаемое совершенство
Напомни мне что мы все умрем
Напомни мне что мы все счастливы
Напомни мне что каждый
Человек - это счастье
Клевер лютики черноголовка ромашка
Напомни мне что я хочу услышать
Напомни мне что я жду
Осень переворот изумленье
Цветение под спудом
Идешь в полях и слышишь ответ трав
В лесу ответ ветвей скрипящих стволов
Он не кодируется ни знаками ни словами
Висишь ухватившись за карниз
Абсолютного ответа
Но руки слабеют пальцы разжимаются
И только чудо может заставить вернуться
Мышечное усилие
Есть нежная повесть леса
О том что между жизнью и смертью
Нет границы
Воздух вскипает ветром
Лепестки отправляются в странствие
Ты прижимаешь к груди свое последнее мгновение
Ноги уходят в землю как маленькие домики
Чья жизнь закончилась много лет назад
Но они не знают об этом
Смотрят всепонимающими глазами старой собаки
На чужого хозяина
Может еще возможна эта жизнь
Уютная теплая простая
Добрые домики с переломом крыши
Вывихом двери
Уходящие в землю от рассвета до заката
Как люди превратившиеся в эхо
Легшие костьми тихо незаметно
Которых помнит старая земля
Взрыхленная кротами и медведками
Усыпанная хвоей цвета пожелтевшей бумаги
От того леса до той рощи
Через то поле к той речке
Каждый день приходит к тебе на коленях
И каждый вечер ты погружаешься в землю
Где бы ты ни был
Но только лес и поле скажут об этом
Как сладко прятаться в городе от смерти
Как прячутся в героизме от необходимости
Лес и поле
Где торопливой мышью спешит слово
Укрыться в норке
От бескрайнего мира жеста
Миража смысла
Где на пустынном шоссе
Промелькнет уходящий стих
Как бомж движущийся неспеша
Чуть покачиваясь задавая свой ритм
Стих вестник путник странник
Взрезающий пространство хрипом
Асфальт растением
Опавшую листву
Душистым клевером
Осень сама вопрос
Не ответишь - умрешь
Словно в дантовом лесу
Крик одинокой птицы


"Наша улица” №216 (11) ноябрь 2017



Ирина Александровна Гурская родилась в Минске. Окончила Литературный институт им. А.М. Горького, Институт Европейских культур (РГГУ). Литератор, поэт, переводчик. Автор статей по творчеству Б. Поплавского, вошедших в «Энциклопедию литературных героев» (М.: Олимп; АСТ, 1997). Автор книги стихов «Город-верлибр» (Эра, 2015). Стихи публиковались в журнале "Грани" (178, 1995), в сборнике «Дар света невечернего», Христианский Восток, Москва, (2004 г), в сборнике «Крымские страницы русской поэзии» (Алетейя, 2015), проза в журнале «Неман» (1, 2011), сборнике  «Путешествие в память» (М.: Книговек, 2014). Стихи, рассказы и статьи выходили в журналах «Знамя», «Фома», интернет-изданиях: Зарубежные задворки, Русская жизнь, Перемены, Топос, Частный корреспондент, Московский книжный журнал. В "Нашей улице" публикуется с №206 (1) январь 2017.
Subscribe

  • КОМНАТА

    Человек входит в комнату спокойно, не волнуясь, что в ней он будет заключён навсегда, то есть в отношении входа и выхода он вполне свободен, как…

  • САМОЕ СИЛЬНОЕ ЗАБЛУЖДЕНИЕ

    Карл Юнг считал основой личности эго, своё собственное я, а Федерико Феллини считал личность метафорой бессознательного, то есть художественным…

  • НАКОРОТКЕ

    Вечером особенно участились в воображении портреты исчезнувших товарищей, наплывают из глубины провалов памяти один за другим, как будто листаю…

Comments for this post were disabled by the author