kuvaldinur (kuvaldinur) wrote,
kuvaldinur
kuvaldinur

ПОЛЯНКА

Я шел по Полянке от кольца к центру и одновременно писал рассказ "Полянка". Для неопытных авторов большое значение имеет содержание. Но когда читаешь такого "от сохи" автора, поражаешься не только абсолютной бездарности, но и еще полному отсутствию ума. Исходя из этого, делаю вывод о том, что содержание не играет существенной роли в художественном произведении. Главную роль играет подтекст. Или другими словами, то, что не написано в тексте, но читается с очевидной наглядностью. Это и есть - художественность, вроде: редкая птица долетит до середины Красной площади. Я где-то говорил, что в каждом произведении можно обнаружить до половины не воспринятого текста. Это и есть подтекст, или вода специально налитая опытным мастером для полноты собственной жизни в тексте, поскольку вода и есть содержание всего на свете...
Чтобы восстановить порядок в таковых войсках, я увидел на повороте к Старомонетному переулку за большими стеклами ресторан с белыми скатертями и хрусталем. Спустился по широким ступеням к входу. Зашел. Разделся. Сразу два официанта бросились мне навстречу. В ресторане было пустынно, как на стадионе в Лужниках на матче команды "Торпедо", вылетевшей в прошлом сезоне в первую лигу. То есть никого не было в огромном зале, кроме двух джентльменов за столиком у дальнего окна. Я сел поближе к стойке. Не люблю садится у окон, чтобы меня разглядывали с улицы. Через окна на улице сразу как-то потемнело и ярче разгорелась Кремлевская звезда. Я внимательно пробежал меню, но, не вчитываясь, сложил папочку и бросил с видом бывалого пьянчуги на край стола.
- Что будем заказывать? - заискивающе спросил высокий молоденький официант в черной бабочке.
Я еще до перемещения за стекла с улицы знал что закажу:
- Двести грамм водки в граненом стакане. Одну горячую картофелину. Два ломтика семги без хлеба. И соленый огурец с пупырышками, целый, не разрезанный.
Официант не удивился, или сделал вид, что не удивился, принял заказ и буквально через три минуты принес сначала граненый стакан и водку в графинчике. Затем, сбегав за кулисы еще раз, доставил на подносе два ножа, две вилки, четыре больших тарелки, кастрюльку с горячей картофелиной, семгу на блюдечке с золотой каемочкой. Водку он поспешно мне налил сам. Я не заставил себя долго ждать. Глубоко вздохнул, склонив голову набок, и, не отрываясь, выпил одним приемом всю водку из граненого стакана. В этот момент меня больше всего удивило то, где он достал граненый стакан?! Выдох длился секунд тридцать. После чего я рукой, подчеркиваю, не вилкой, а рукой, даже, для уточнения, пальцами - большим и указательным, взял огурец и откусил сразу половину. Хруст разнесся на весь зал, так что оба джентльмена от окна повернули раскрасневшиеся лица в мою сторону. После первой половины огурца, я положил вилкой ромбик сливочного масла на ломтик семги, свернул его, впрочем, с другим на пару, прочно наколол на вилку и, пошире открыв рот, положил изумительный по сочности сверточек на язык. Бросив тысячу рублей одной бумажкой официанту, я быстро оделся в гардеробе, вышел на улицу, и с просветленными мозгами пошел в обратную сторону по Полянке искать дом кинорежиссера Владимира Наумова и Александра Алова... Впрочем, это я уже к слову. Алов там не жил.
Я остановился у какого-то синего "Мерседеса". Дверца открылась. За рулем сидел Воланд, как две капли воды похожий на Михаила Булгакова.
Я где-то говорил, что в каждом произведении можно обнаружить до половины не воспринятого текста. Это и есть подтекст, или вода специально налитая опытным мастером для полноты собственной жизни в тексте, поскольку вода и есть содержание всего на свете... Или еще это называется подробностями, или деталями. Вот из подробностей, художественных деталей и состоит текст.

Юрий КУВАЛДИН

 


http://nashaulitsa.narod.ru/kuvaldin-polyanka.htm
Subscribe

Comments for this post were disabled by the author